В древности Просветленный говорил:
Что касается упомянутых бытия и времени, то время есть бытие, а все бывающее есть время[7]. Золотое Тело [ростом] в 1 дзё 6 [сяку] — это время[8], а потомуоно есть пышное украшение, яркий свет времени[9]; приступим же к изучению его двенадцати часов. 3 головы и 8 локтей есть время, а потому должны быть совершенно подобны двенадцати часам. Долги или коротки, растянуты или сжаты эти двенадцать часов — еще никто не измерил, их просто называют «двенадцатью часами». Следы прошлого и ход будущего [кажутся] людям понятными, и они не сомневаются; однако хотя у них и нет сомнений, но нет и знания. Поскольку живые существа изначально не решили сомневаться в каждой вещи и каждом деле, им неизвестном, возникающие у них сомнения не совпадают [с тем, в чем действительно стоит] усомниться. Сомнения эти — не что иное, как [признаки] времени.
Разделением и удалением [частей единого] «я» создается весь мир. Все разнообразие этого мира следует рассматривать и воспринимать как [проявление] времени. Разные вещи не мешают друг другу, подобно тому как взаимно не препятствуют разные времена[10]. По этой причине «время», «проистечение», «сердце» — подобны; «сердце», «проявление», «время» — равны[11]. То же можно сказать и о практиках, и о становлении на Путь. Но [единое] «я» раздроблено и удалено, и мы этого не видим. То же можно сказать и о принципе [единого] Пути, являющегося временем для [нашего] «я». Поскольку таков принцип Пути, во всех землях[12], есть десятки тысяч образов и сотни трав, а каждая трава и каждый образ пребывают во всех землях.
Все эти отношения, [будучи проявлениями единой действительности в формах бытия и времени], есть начало практик [на Пути будд]. Когда достигнут подобного состояния высокого мастерства в отношении одной травы и одного образа, постигнут, что и есть образ, и нет образа; что и есть трава, и нет травы.
Поистине, существует лишь время, а потому и бытие, и время есть повсеместное время; бытие трав, бытие образов — также время. В [дробных] временах Времени содержится все бытие, весь мир. Следует долго всматриваться: есть ли или нет все бытие, весь мир в этом времени[13].
Потому–то в представлении простых людей, не изучавших Дхарму Будды, когда произносят слова «бытие и время», [возникают то образы] 3 голов и 8 локтей, то 1 дзё 6 [сяку ] и 8 сяку. Уподоблю это, к примеру, преодолению реки и взбиранию на горы. Эти горы и реки — не более чем сравнение; преодолев же себя[14], вступишь в драгоценный дворец с красными башнями, а горы, реки и «я» станут землей и небом[15].
Более того, принцип Пути состоит не только в этом. В упомянутых временах взбирания на горы и преодоления рек присутствует «я», а в «я» — эти времена. «Я» уже есть, и время нельзя устранять[16]. Если бы время не было формой прошлого и будущего, время подъема на гору стало бы бытием и временем настоящего; если подтверждены прошлые и будущие формы времени, бытием и временем настоящего является наше «я»,— такова [истинная действительность] бытия и времени. И то время взбирания на горы и преодоления рек, и это время [вступления в] драгоценный дворец с красными башнями — не выпить и не выплюнуть.
3 головы и 8 локтей — вчерашнее время; 1 дзё 6 [сяку] и 8 сяку — сегодняшнее время. Соответственно принцип Пути вчера и сегодня не проходит бесследно, как если бы кто–то просто вступил в горы и разом окинул взором тысячу вершин и десять тысяч перевалов[17]. 3 головы и 8 локтей пребывают в единой связи с бытием и временем нашего «я»; хотя кажется, что [прошлое] далеко, оно и есть настоящее, 1 дзё 6 [сяку] и 8 сяку также пребывают в единой связи с бытием и временем нашего «я»; хотя и кажется, что [они] остались в том месте, они и сейчас [находятся перед нами].
Таким образом, и сосна — время, и бамбук — время. Не следует считать, что время, «улетая», оканчивается; не нужно рассматривать мимолетность лишь как возможность[18] времени. Если предполагать, что время «улетает» и кончается, то между [прошлым и настоящим] должны быть пустоты. Не пытаются постичь Путь бытия и времени те, кто считает [время] лишь преходящим. Подойдя же к сути, увидим, что во всех мирах разнообразнейшие существования, связанные единой целью, являют собой всевозможные времена. Будучи бытием–временем, это — бытие–время [собственного] «я».
В бытии и времени содержится существенная особенность[19] продолженности; так, от «сегодня» тянется нить во «вчера» и само «сегодня» происходит из «вчера». Из «сегодня» вытекает «сегодня», из «завтра» — «завтра». Причина в том, что продолженность — особая черта времени.
Хотя в древности и поныне время не накапливалось и не выстраивалось в ряд, и зеленые поля — время, и желтые деревья — время, и западная бухта — время, и каменная голова — [все это] время. Поскольку и «сам», и «другие» — время, «практики» и «подтверждения» — также время[20]. Вступить в грязь, войти в воду —также время. Хотя и говорится: «взгляд простых людей», то есть то, что видят обычные люди, или: «причина и связи видения», — нет [особенных] «дхарм простых людей»; дхармы всего лишь в течение некоторого времени [определяют] причины и связи для обычных людей. Поскольку учат, что это бытие и это время не есть дхармы, утверждают, что Золотое Тело в 1 дзё 6 [сяку] не есть наше «я». Стремящиеся же избежать [понимания того, что] наше «я» не есть Золотое Тело в 1 дзё 6 [сяку], ищут осколки бытия и времени, они глядят по сторонам и не находят подтверждения.
Если бы в этом мире даже смешалась установленная последовательность [циклических знаков] — лошадь, овца [и другие, то все равно] поднятие и опускание, верх и низ [бытия и времени] пребывали бы в неизменности. И крыса — время, и тигр — время, и живые [существа] — время, и Будда — время. Это время[21] выявляет весь мир как 3 головы и 8 локтей; выявляет весь мир как Золотое Тело в 1 дзё 6 [сяку]. Посредством всего мира все в мире становится всем миром, охватывая, как говорится, абсолютно все. Посредством Золотого Тела в 1 дзё 6 [сяку] образуются золотые тела в 1 дзё 6 [сяку], выявляются пробужденные сердца, практики, просветленность, нирвана; и все это — бытие, и все это — время. Все бытие и все время являют собой абсолютно все, поэтому не существует «излишних дхарм», ведь «излишние дхармы» — это [только лишь] «излишние дхармы»[22]. К примеру, даже бытие и время половины абсолютно всего есть абсолютно все половины бытия и времени[23]. К примеру, то, что ошибочно воспринимается как форма,— тоже бытие. Если же положиться на них[24], ошибочно воспринимаемые проявления «до» и «после»[25] предстанут в исходно неизменном [виде] бытия–времени. Имеется оживленная деятельность неизменного состояния дхарм — это бытие и время. Нельзя с сожалением [замечать] отсутствие, не следует насильно [утверждать] наличие[26]. Понимая, что время однонаправленно, не обращают внимания на еще не совершившееся. Хотя и говорится, что воспринимаемое есть [проявление] времени, [само время] не образуется[27] посредством чего–либо стороннего. Полагая [только лишь, что время] уходит и возвращается, мешки из кожи[28] не постигают исходно неподвижной [природы] бытия и времени, не говоря уже о времени проникновения сквозь преграды. К примеру, хотя, все и признают исходную неподвижность, нет того, кто обрел бы ясное тому подтверждение. Даже если есть [такие, которые] долго искали Путь, сейчас им незачем шарить руками, дабы [потом] выставить перед глазами [изначально неизменное]. Если полностью довериться обывательскому восприятию бытия и времени, просветленность и нирвана все равно будут только лишь приходящими и уходящими особенностями бытия и времени.
Нет совершенно никакой нужды прибегать к заячьим силкам или рыбачьим вершам — ведь бытие и время проявлены всегда[29]. Сейчас проявлены в мире справа; слева проявляются как небесные повелители [и их] небесные подданные; а сейчас –— как бытие и время всех наших сил[30]. Бытие и время обитателей дальних земель и морей проявляются сейчас как все наши силы. Разные виды, разные образы бытия и времени, темные и ясные, [видимые и невидимые],— все есть проявления наших сил, а также прошлая деятельность всех сил. Следует усвоить, что, не будь сейчас всех наших сил от прошлой деятельности, не проявилась бы ни одна дхарма ни одна вещь, и не было бы [самой] деятельности в прошлом.
Когда говорят о прошлой деятельности, не следует думать, что это нечто вроде [перемещения] ветра с дождем с востока на запад. Весь мир не есть только движение или только кружение, не есть только продвижение [вперед] или только отступление [назад; он] — прошлая деятельность. Прошлая деятельность — как весна; у весны много образов, [конкретная реальность их смены] и зовется прошлой деятельностью. Следует отчетливо представлять, что. кроме прошлой деятельности, не существует ничего[31]. Например, прошлая деятельность весны [отражает неисчислимые особенности, но] только лишь прошлой весны. Хотя прошлая деятельность [сама по себе] и не является весной, однако, поскольку [это все же] прошлая деятельность весны, она сейчас раскрывает [конкретную] сущность[32] времени весны. Следует тщательно и подробно разбираться в будущем, разбираться в прошлом. Говоря о прошлой деятельности, окружение рассматривается как внешнее; действующие же в прошлом дхармы[33], обернувшись к востоку, проходят, минуя, сто тысяч миров, и за истекшие сто тысяч десятков тысяч кальп единственно чему всецело не отдавались, так это изучению Пяти будд.
В этой связи великий учитель с горы Яо–шань, распространявший Учение[34], руководствуясь указанием великого учителя У Цзи[35], справился у учителя созерцания Да Цзи[36] из Западной бухты: «Я приблизительно понял значение [буддийских] учений Трех Колесниц и двенадцати разделов; однако в чем все же смысл прибытия учителя — патриарха [Бодхидхармы] — с Запада?». Спрошенный таким образом, учитель созерцания Да Цзи сказал:
Услыхав это, [Вэй Янь] с горы Яо–шань обрел великое просветление и сказал Да Цзи: «Раньше у меня была каменная голова[38], и я походил на личинку комара, взобравшуюся на [спину] железного быка [в тщетном стремлении его ужалить]».
Обретенный с помощью Да Цзи путь неодинаков у разных людей. Брови и глаза должны стать горами и морями, поскольку горы и моря [по сути своей] есть брови и глаза. [Брови], поднятые для восприятия учения, должны [дать возможность] видеть горы; [глаза], моргнувшие при восприятии учения, должны слить [все направления в единое] море [Закона]. Истина[39] пронизывает того [т. е. идентична тому, кто поднимал брови и моргал глазами]; он [пользуется случаем, дабы] представить[40] [эту истину] в качестве изучения. Неистинность — не есть отсутствие учения; отсутствие учения не говорит о неистинности. И то и другое вместе есть бытие и время.
И горы — время, и моря — время. Не было бы времени — не было бы гор и морей; нельзя считать, что в настоящем [состоянии] у гор и морей нет времени. Если бы время разрушилось, разрушились бы и горы с морями; если же время неразрушимо, неразрушимы и горы с морями. Этот принцип Пути есть исходное проявление [Будды, обретшего просветление, глядя на] ясные звезды; исходное просветление Татхагаты; исходное просветление зеницы ока; исходное просветление повернутого [в пальцах] цветка. Это есть время; не будь это временем, не было бы и становления на Путь.
Учитель созерцания Гуй Шэн [школы] Линьизи из [провинции Жучжоу] уезда Е был прямым наследником [патриархов] на горе Шоу[41]. Однажды он изрек собранию:
Бытие и время: доходит смысл — не приходят слова; Бытие и время: приходят слова, но теряется смысл, Бытие и время: доходят вместе и смысл, и слова. Бытие и время: не доходит смысл, не приходят слова.
Смысл и слова есть бытие и время; «доходит», «теряется» — тоже бытие и время. Хотя время «дошедшего» еще не окончилось, время «недошедшего» еще впереди. Смысл — осел, слова — лошадь[42]. Лошади становятся словами, ослы — смыслом. «Дошедшее» — это не то, что «дойдет [в будущем]»; «недошедшее» — это нбто, что «дойдет [в будущем]»; так же и с их бытием и временем. «Дошедшее» проникается «дошедшим»; «недошедшее» [на него] не влияет. «Недошедшее» сливается с «недошедшим»; «дошедшее» [на него] не воздействует. Смысл переходит в смысл и виден смыслу. Слова переходят в слова, [в них] видятся слова. Проникновение переходит в проникновение, [в этом] видится проникновение. Когда проникновение проникает в проникновение, — это есть время. Хотя и говорится, что проникновение[43] используемо иными дхармами, до нынешней поры не было пока загрязнений, проникающих в иные дхармы. «Я» встречает человека; человек встречает человека; «я» встречает «я»; оставление[44] есть только оставление. Если бы у всего этого не было времени, не было бы и их проявленности.
Опять–таки смысл — это время проявления изначального всеобщего состояния; слова — время, [дающее] ключ к становлению на Путь. «Дошедшее» — время освобождения тела [от страстей]; «недошедшее» — время ухватывания за одно и отстранения от другого. Так следует размышлять и обытии и времени.
Ранее почтенные старцы [Ма Цзу и Гуй Шэн] оба говорили об истинной действительности, с их помощью обретают Путь. Следует говорить:
Смысл и слова, доходящие наполовину[45], есть бытие и время; Смысл и слова, наполовину недоходящие, есть бытие и время.
Разъяснение должно быть таковым:
Учение, поднятие бровей, моргание глазами — есть половина бытия и времени;
Учение, поднятие бровей, моргание глазами — есть ошибочное бытие и время;
Отсутствие учения, поднятия бровей, моргания глазами — есть совершенно ошибочное бытие и время.
Размышления о будущем и прошлом, о дошедшем и недошедшем — составляющих истинную действительность — это время бытия–времени.
Составлено в 1–й год правления Ниндзи (1240 г.), в день начала зимы [1 октября] в храме Косёхориндзи.
[1] «Бытие и время» («Юдзи») — двадцатый трактат сборника «Сёбо гэндзо» — вероятно, одно из самых знаменитых произведений Догэна. Рассматриваются бытие и время — формальные стороны проявления изначального, всеобщего просветленного состояния всего сущего. Перевод с японского выполнен по изданию: Нихон Котэн бунгаку тайкэй. Сёбо гэндзо, Сёбо гэндзо дзуймонки. Т. 81. Токио, 1981. С. 257–265.
[2] Т. е. оба понятия представляют абсолютную реальность вне зависимости от их фиксированного местоположения.
[3] Как у демонов асура.
[4] 1 дзё — 3,03 м; 1 сяку — 30,3 см. Дается «рост Будды стоя и сидя».
[5] Люди «незначительные», низкого ранга.
[6] Пространство.
[7] «Чистого» времени, как такового, не существует, оно выявляется в фактической реальности; соответственно любое существование (бытие) возможно лишь во временной форме.
[8] «Золотое Тело» — Будда (Дхармакая), бытие которого всеобъемлюще и безгранично; эти же абсолютные характеристики Догэн относит и ко времени.
[9] Тело Будды представляет как бы феноменальную реализацию времени (или во времени), являясь основным временным признаком.
[10] Отсутствие помех и препятствий у различных вещей и времен объясняется тем. что и материальные феномены, и время есть в сущности единая (изначальная) абсолютная Действительность.
[11] Любая вещь есть частица «развернутой», «проявленной» Абсолютной Реальности; время–форма вещественной проявляемости. Это проявление выражено Догэном иероглифом хоцу («испускать», «проистекать», «исходить») для обозначения реалий процесса существования. Существование «всего мира» Догэн называет «сердцем», не в значении духовных явлений, но имея в виду реалии допроявленного существования, т. е. «временную развернутость». Следовательно, здесь «время», «проявление» и «сердце» являются единоподобным феноменом.
[12] Т. е. во всем мире.
[13] Т. е. пытаться постичь изначальную, истинную подоплеку безграничного бытия–времени.
[14] Т. е. свое «я».
[15] Т. е. исчезнут дробность, множественность, противопоставления любого рода.
[16] «Я» представляется как «развернутое время», как условие его существования, поэтому их нельзя рассматривать как два отдельных явления.
[17] Истинная сущность (бытие–время) всей совокупности вещей и явлений («тысячи десятки тысяч...») остается единой и непреходящей и вчера, и сегодня.
[18] Т. е. функциональную особенность.
[19] Букв: «тончайшая добродетель».
[20] Параллель снятия противопоставления индивидуума и всех остальных с отрицанием «последовательности»: практики (причина) — подтверждение (результат). Обе «пары» — лишь искусственно ограниченные фрагменты единого времени–бытия.
[21] Под временем здесь подразумевается истинная реальность; сущность, пронизывающая весь мир и связывающая его воедино.
[22] Отрицается наличие чего бы то ни было, не являющегося бытием и временем. «Излишние дхармы» (т. е. нечто, отдельное от какой–либо дхармической системы) «излишни» лишь по отношению к данной совокупности дхарм, но не к бытию–времени.
[23] Бытие и время неделимы; будучи основой и природой всего «сущего» они полностью присутствуют как в целом, гак и в части.
[24] Т. е. воспринимать все как бытие и время.
[25] Т. е. феномены во временном масштабе.
[26] Догэн подчеркивает невозможность разделения на «бытие» и «небытие» с фиксацией этих состояний.
[27] Букв. «не вытягивается».
[28] Т. е. люди.
[29] В действительности нет каких–либо специальных способов постижения истинной реальности или особых практик для обре гения просветленности, поскольку бытие и время (проявления истинной реальности) наличествуют всегда и везде.
[30] «Наши» здесь употреблено не в личностном смысле; Догэн использует это место–имение для указания на все сущее, облеченное разноуровневым сознанием. «Силами» обозначена энергия проявленных форм бытия и времени.
[31] Букв. «внешних вещей».
[32] Букв. «путь».
[33] Т. е. субъекты в широком смысле.
[34] Вэй Янь (Кудо Дайси) (751–834).
[35] Шитоу Си Цянь (700–790).
[36] Ма Цзу Даои (709–788).
[37] «Поднятие бровей, моргание глазами» — детали предания о том, как «Кашьяпа смог воспринять «учение без слов», когда Будда молча показал собранию цветок лотоса и повернул его в пальцах. В ответе Да Цзи выражена все та же мысль: бытие и время охватывают собой все сущее, все проявленное и непроявленное.
[38] Помимо момента самоуничижения Вэй Янь вспоминает здесь и своего прежнего учителя У Цзи, начальные иероглифы имени которого («шитоу») и означают «каменная голова».
[39] Т. е. абсолютная реальность.
[40] Букв. «вытащить».
[41] Наследовал учение от Шэн Няня (926–993).
[42] «Спросили: «В чем великий смысл учения Будды?» Учитель сказал: «Осла еще нет, а лошадь прибудет потом» [Чжуань дэн лу, разд. II].
[43] Т. е. загрязняющее воздействие.
[44] Букв. «выход».
[45] Бытие и время неразделимы, их не может быть «меньше» или «больше».